Александр Миндадзе: «Внутри моих героев уже рванул снаряд не начавшейся войны»
Светлана Хохрякова и Никита Карцев о программе ММКФ, сокращениях бюджета и крене в сторону Востока
Виктор Матизен. “Висла” не зависла
В Москве фестиваль польских фильмов протечет через два кинотеатра – «Иллюзион» и «Пять звезд на Павелецкой»
Валерий Кичин. В Канне показали фильм скандально низкого уровня
Целых два часа переполненный зал не верил своим глазам, наблюдая на экране нечто под названием “Маргерита и Жюльен”, тоже претендующее на Золотую пальмовую ветвь.
Новый фильм Андрея Прошкина «Орлеан» включен в конкурс ММКФ-2015
Действие кинофантасмагории Юрия Арабова и Андрея Прошкина разворачивается в затерянном во времени и пространстве провинциальном городке Орлеан, где появляется человек, профессия которого звучит так же отчужденно, как “землемер” у Кафки и “метранпаж” у Вампилова
Юрий Гладильщиков. Лобстер в оппозиции: почему политики боятся одиночек
Вуди Аллен показал в Канне фильм о философе-убийце, а грек Йоргос Лантимос — абсурдную сатиру о том, до чего законодатели и послушное им общество могут довести человечество
Михаил Лемхин о сериале «Орлова и Александров» (послесловие)
Малознакомый с историей зритель, вероятнее всего, увидит в фильме непростого, но в целом справедливого Хозяина и негодяя Берию, который за его спиной творил свои кровавые дела
Валерия Гай Германика: школа молодой жизни
Анжелика Артюх о новой концепции авторства
Андрей Плахов. Кто вы, мистер Лоузи?
Творческая судьба Джозефа Лоузи — одна из самых парадоксальных в истории кинематографа.
Смотреть на чужие страдания
На экраны вышла картина Андре Сингера «Наступит ночь», состоящая из материалов забытого фильма Альфреда Хичкока и продюсера Сидни Бернстайна о немецких концентрационных лагерях, – и комментариев к этому фильму. На вопрос, почему документалка 1945 года оказалась не нужна и пролежала на полке 70 лет, отвечает Зара Абдуллаева.
Антон Долин В Каннах показали недетские сказки.
Большего внимания, чем сам фильм, удостоилась суперзвездная пара – Шон Пенн и Шарлиз Терон, совершенно неузнаваемая в картине, где она бритая наголо и однорукая, но на каннской красной дорожке, к общей радости, блиставшая нарядным платьем и счастливой улыбкой.